А там, в стороне, действительно бродит пара, громко говорящая по-русски: этакая полноватая дама средних лет с плюсом, и с ней угрюмый мужчина в светлой рубашке с закатанными рукавами и такого же недвусмысленного возраста. Не иначе, как тоже на кондиционере воздуха экономят, а может, и правда понадобилась им какая-нибудь юбочка. Но только слоняются они по магазину вольготно, как у себя на даче, и во всё горло разговаривают на своём иностранном языке, как будто их никто не понимает.

Тут мы с женой, конечно, умолкаем и делаем такие абстрактные, безмятежные, полностью американские лица. И глядим по сторонам, куда попало, но только не на ту сволочную пару. А она тем временем движется в нашем направлении, и полноватая дамочка говорит своему спутнику:

— Правда, Коля, эта кофточка подойдёт к моей синей юбочке?

На что Коля, не глядя на кофточку, грубо отвечает:

— Как же, подойдёт она тебе, с такой задницей.

А женщина говорит:

— Ах, ничего вы, мужчины, не понимаете. Лучше я посоветуюсь с женщиной. Женщина мне врать не станет, тем более американка.

И с улыбкой обращается к моей жене на своём жутком английском:

— Извините, пожалуйста, как вам кажется, эта кофточка подойдёт к моей синей юбке?

На что моя жена отвечает, на таком же, если не хуже, ухабистом английском, но с полным соблюдением грамматики:

— Да, мне кажется, эта кофточка подойдёт к вашей синей юбке.

И, конечно, тоже улыбается, чтобы показать, что она и есть настоящая американка.

Дамочка довольна прямо до колик, что настоящая американка так хорошо её понимает. Он ещё размашистей улыбается и говорит:

— А как вам, пожалуйста, не кажется ли, извините, что вон та кофточка обязательно спасибо может подойти к моему зелёному платью?

Тут у моей жены прямо скулы свело от улыбки. Она, совсем одурев от удовольствия, что её принимают за настоящую американку, говорит: